Сегодня интегративная медицина становится трендом, но для Акботы Мукышевой, клинического нутрициолога и члена Ассоциации нутрициологов Казахстана, этот путь начался не с модных курсов, а с личной драмы. В интервью мы поговорили о том, как спасти ребенка, когда врачи опускают руки, почему микробиота – это главный менеджер нашей иммунной системы и почему тема питания в Казахстане сегодня нуждается в переосмыслении.

Акбота, с чего начался ваш путь в нутрициологию?

– Мой путь – это классический пример того, как личная боль становится профессиональным призванием. Проблемы со здоровьем преследовали меня со школы: это были нарушения работы желудочно-кишечного тракта, проблемы с весом, кожные высыпания. В подростковом возрасте я интуитивно начала вести дневник питания, записывая реакции организма на продукты. Тогда я еще не знала, что занимаюсь «превенцией» или «интегративным подходом». К первому курсу университета я уже четко понимала, какая пища мне подходит. Но настоящая проверка на прочность ждала меня в 2015 году – болезнь ребенка. Это был переломный момент, разделивший жизнь на «до» и «после» и погрузивший меня в мир интегративной медицины и нутрициологии с головой. Свой профессиональный путь в сфере здоровья я начала в том же 2015 году, в последующем присоединившись к команде инфекциониста-паразитолога Елены Витальевны Синчихиной. Именно там мои знания в области микробиологии получили практическое применение и стали прочной основой для дальнейшего роста.

– Расскажите об этом периоде подробнее.

– Моей дочери Камиле поставили диагноз – геморрагический васкулит. Это тяжелое аутоиммунное заболевание, поражающее сосуды. Осложнением стал артрит. Знаете, самое страшное для матери – видеть своего ребенка в инвалидном кресле. Мы месяцами жили в больницах, лечение было гормональным и било по всем системам организма, а улучшений не было. Я бесконечно благодарна своей маме, Бакыт Мукашевне, которая стала моей опорой. Несмотря на отчаяние, я никогда не конфликтовала с врачами. Я понимала: они делают максимум того, что знают. Но когда через полгода я увидела, что Камиле становится только хуже, я осознала: ответственность за ее жизнь лежит на мне. Нужно выйти из позиции жертвы и искать ответы самой.

– Где вы искали информацию, ведь 10 лет назад интегративная медицина в СНГ почти не существовала?

– Информации в Казахстане не было. Я начала обращаться к специалистам из США. Моими проводниками стали доктора Сара Баллантайн и Йехуда Шенфельд. Начала изучать АИП (аутоиммунный протокол) и поняла: корень всех проблем в кишечнике и микробиоте. Мы всей семьей перешли на строжайший протокол питания. Камила соблюдала его два года. Помню, как однажды перед Новым годом она попросила: «Мама, можно мне хотя бы одну маленькую конфетку?». Я рыдала всю ночь, но не отступила. Результат? Через полгода работа сосудов улучшилась. Через год она уже бегала. А через два года пошла на тхэквондо, хотя нам говорили, что это невозможно (улыбается).

– Ваша карьера совершила невероятный поворот. Вы ведь были успешным управленцем?

– Да, на тот момент у меня была степень MBA, докторантура в Европе, опыт преподавания и знание нескольких языков, включая китайский. Но успех дочери сильнее обстоятельств: мой путь в нутрициологии вдохновил меня учиться дальше – изучать микроэлементы, метаболизм, фитотерапию. Однако я совершила ошибку многих – взвалила на себя слишком много. Стресс и запредельные нагрузки привели к тому, что я заболела сама. Старые проблемы с желудком обострились так, что я не могла есть и работать. Огромные суммы уходили на анализы и таблетки, которые не помогали. Мне ставили СРК (синдром раздраженного кишечника), подозревали целиакию, бесплодие, аменорею... Я плакала в подушку и спрашивала себя: «Почему болезни в нашей семье не заканчиваются?».

– Что стало ключом к вашему выздоровлению?

– Знакомство с трудами мировых ученых – таких, как Майкла Фишмана (Michael Fischman), Джеффри Гордона (Jeffrey Gordon), Джеффа Леви (Jeff Levy) и Тима Спектор (Tim Spector), которые активно публиковали исследования о влиянии микробиоты на здоровье.

Ключевым моментом стало изучение трудов микробиолога Георгия Андреевича Осипова (метода ХМС), а затем и обучение у него. Осознав, что кишечник представляет собой целую экосистему и тесно связан с работой мозга, я заинтересовалась этим взаимодействием и начала изучать его параллельно с точки зрения психологии. Именно это привело меня к поступлению в университет по специальности «Психология» в 2018 году. Через пять лет глубокой работы над собой я полностью исцелилась.

– С 2020 года вы работаете в клинике Metabody и преподаете. С какими трудностями сталкивается нутрициология в нашей стране?

– В 2022 году была создана Ассоциация нутрициологов Казахстана, которой уже удалось добиться исключения колбас и фаст-фуда из школьных столовых. Это огромный шаг. Но проблем еще много. Во-первых, низкая осведомленность. Люди ищут «волшебную таблетку», а нутрициология – это дисциплина и изменение образа жизни. Во-вторых, отсутствие четких стандартов. На рынке много людей без образования, что дискредитирует профессию. Я сама учусь каждый день по 2–3 часа после работы. Давайте расскажу про свое обучение: в 2019 году я приняла решение углубить экспертизу и поступила в Международный институт интегральной превентивной и антивозрастной медицины PreventAge. А в 2021 году получила диплом специалиста health coach. После чего продолжила обучение в МИИН – Институте интегративной нутрициологии. И получила диплом клинического нутрициолога по двум направлениям: нутрициологии для взрослых (2024) и нутрициологии для детей (2025). Сегодня мой профессиональный путь продолжается в EUL – Европейском университете долголетия (European University of Longevity, Biogeek), где я обучаюсь по настоящее время, углубляя знания в области интегративного подхода к здоровью и долголетию. Параллельно изучаю китайскую медицину и натуропатию. С момента окончания школы и по сегодняшний день я непрерывно обучаюсь уже 18 лет, и этому нет конца (улыбается).

– Вы активно ведете блог и сталкиваетесь с хейтом. Как вы на это реагируете?

– Соцсети – это инструмент агрессии в руках тех, кто не хочет мыслить критически. Некоторые упрекают меня в смене профессии, но тут жизнь сама сделала выбор за меня. Легко выписать таблетку. Гораздо сложнее менять пищевые привычки, отслеживать уровень сахара через CGM-мониторинг, поддерживать клиента в стрессовых ситуациях. Это ежедневный труд.

– Что вы сказали бы людям, которые борются с хроническими заболеваниями?

– Помните: пищеварение – это центр, влияющий на всё, от иммунитета до уровня дофамина и серотонина. Не ищите быстрых решений. Мой путь к здоровью занял годы, и сейчас я продолжаю бороться за жизнь своего папы, у которого диагностировали онкологию. Это новое испытание, которое заставило меня погрузиться в изучение роли митохондрий и биохимии восстановления. У меня есть три главных принципа. Осознанность. Не принимайте всё на веру из интернета, развивайте критическое мышление. Системность. Ведь здоровье – это полноценный сон, правильное питание и работа с психосоматикой.

Терпение. Движение в плане решения проблем важнее скорости. Вот уже 10 лет, работая в сфере интегративной медицины, я могу с точностью сказать, что не стремлюсь знать

всё – это невозможно. Но я ежедневно стремлюсь знать больше, чтобы помогать тем, кто готов взять ответственность за свою жизнь на себя.

Нутрициология могла бы стать одним из самых эффективных направлений современного здравоохранения. Но это возможно лишь тогда, когда мы сами начнем понимать: здоровье начинается не с таблеток, а с образа жизни.

@akbota__samat