Алексей Мицинский о том, как научиться жить по-настоящему
- Alexandr Grebennikov
- 21 час назад
- 2 мин. чтения

Как часто мы откладываем счастье до момента, «когда всё наладится»?
Основатель INCONTRO, обладатель премии People Awards 2025 «Психолог года» Алексей Мицинский знает цену этим ожиданиям.
Алексей, у вас уникальный опыт сопровождения людей в терминальной стадии в европейском хосписе. Как этот опыт изменил ваше понимание жизни и ее ценности?
– Опыт работы в хоспсе – это всегда встреча с жизнью в ее предельной честности. Там исчезает всё внешнее: статус, социальные роли, ожидания окружающих. Остается только человек и его отношения с собой и с другими.
Я видел, что в последние моменты жизни людей волнует не успех и достижения. Самые сильные чувства связаны с непрожитым, и это несделанный выбор, несказанные слова, жизнь «по сценарию», а не по внутреннему ощущению.
Именно там я понял: ценность жизни измеряется не временем, а глубиной ее проживания.
– Вы выступали с исследованиями о депортации и историческом опыте выживания. Каковы параллели между травмами прошлого и теми вызовами, с которыми люди сталкиваются сегодня?
– Коллективные травмы живут в телах, реакциях и стратегиях следующих поколений. Во многом тревога, ощущение нестабильности, невозможность расслабиться и жить в удовольствии часто не связаны с текущими обстоятельствами.
Мы имеем дело с унаследованным опытом выживания: привычкой терпеть, не высовываться, не доверять миру. Осознавая это, человек получает возможность отделить прошлое от настоящего и начать строить жизнь уже из состояния выбора, а не страха.
– Вы пережили две критические ситуации на грани жизни и смерти. Что стало самым важным осознанием в процессе восстановления? Как этот личный путь повлиял на вашу методику работы?
– Главное – осознание того, что жизнь нельзя откладывать. Ни на «когда станет легче», ни на «когда всё наладится». После этих событий я понял: восстановление – это не возврат к прежней версии себя, а создание новой, более честной.
Этот опыт сделал мою профессиональную позицию очень ясной. Я не работаю с идеей «исправить» человека. Я работаю с возвращением контакта с собой, то есть с телом, чувствами, границами, внутренней правдой. Именно это и дает настоящие изменения.
– В своей практике вы соединяете психологию, философию, теологию и педагогику. Как такой подход помогает человеку найти свой путь и вернуть цельность?
– Человека невозможно рассматривать только через одну дисциплину. Психология отвечает на вопрос «что со мной происходит?», философия – «зачем?», теология говорит «о смысле и глубине», педагогика – «как взрослеть и опираться на себя».
Когда эти уровни соединяются, человеку возвращается целостность, самодостаточность. Моя задача – это не дать готовые ответы, а создать пространство, где человек находит свои.
– Ваши курсы и программы направлены на возвращение человеку его собственной жизни. Какие шаги чаще всего оказываются ключевыми для тех, кто приходит к вам?
– Чаще всего это момент, когда человек перестает ждать, что кто-то придет и спасет его жизнь. Это точка принятия ответственности и одновременно огромного облегчения. Дальше начинается честный диалог с собой: о желаниях и страхах, ограничениях и возможностях. Когда человек начинает жить не из долга, а вследствие выбора, меняются отношения, энергия и качество жизни.
инстаграм:





